Виктор Литуев: «Поведение политиков на мировой арене отражается и на Новосибирске»

18.04.2018 в 10:20, просмотров: 562
Виктор Литуев: «Поведение политиков на мировой арене отражается и на Новосибирске»

«МК в Новосибирске» продолжает разговор о важных аспектах политики и экономики с председателем совета директоров Forwoll Group Виктором ЛИТУЕВЫМ. Ранее мы опубликовали первую и вторую часть этого большого интервью.

— Мы договорились о том, что вы ответите на вопрос «Что делать?», но вначале я хотел бы услышать вашу оценку. В каком состоянии мы находимся?

— Не будем останавливаться на последних событиях. В предыдущем интервью я достаточно сказал о том, куда мы идем, гораздо важнее понять какая она, сегодняшняя Россия.

Мы идем по дороге, проторенной ранее идущими, сойти на обочину нельзя, но вечно повторяя чужой путь, никогда не найдешь своего. Выглянув из колеи, увидишь другие, уже кем-то пройденные. Для маневра места нет, потому что в прошлом нет места будущему. Что делать в такой ситуации? Выход один: выбрать самую подходящую скоростную магистраль, догнать тех, кто впереди, и только выйдя на передовые позиции, найти свой собственный, уникальный путь. В общем, все просто. Не догнав, обогнать нельзя, и не надо по этому поводу обольщаться разного рода миражами, придумывать небылицы, чудес в этой жизни не бывает.

В подтверждение сказанного мы имеем конкретные примеры. Выйдя на передовые рубежи в военных технологиях, Россия создала такие условия, при которых всем остальным придется ее догонять, тратя на это усилия, а смогут это совсем немногие. Вот и появился маневр, позволяющий за это время создать что-то новое на базе тех знаний и компетенций, которые еще не приобретены другими.

Что имеем еще? В атомной промышленности находимся на неплохих позициях, но уже так уверенно сказать о лидерстве не можем, в каких-то областях тянемся за другими, а где-то не можем освоить того, что для многих вчерашний день. Профессионально спроектировать свой путь — это уже половина дела. Времени на раздумья нет, действовать нужно сейчас, но все должно делаться в рамках общей логики развития, на основе системного подхода.

— Президент в последнем послании сказал и о технологическом отставании, и о необходимости прорыва, и даже задачу сформулировал, но кто это будет делать?

— Хорошо, давайте порассуждаем вместе. Президент, взявший под свой личный контроль и добившись результатов в области военных технологий, решил, что надо заниматься развитием национальной экономики. Понятно, что будут задействованы разные механизмы. Допустим, он утвердит новый кабинет министров с учетом тех задач, где одной из приоритетных будет развитие национальной экономики. Уверен — главным ресурсом в такой задаче будут конкретные люди, занимающиеся конкретным делом, начиная от первого и заканчивая последним в этой непростой цепочке отношений.

— Это понятно, но кто конкретно?

— Не спешите. Имея опыт создания «структуры развития», могу предположить, как должна выглядеть подобная организационная модель. Отдаю себе отчет в том, что управление существующей отраслью и управление ее развитием требуют людей разного типа мышления, поэтому команда развития должна быть полностью освобождена от ежедневной рутины. Эти люди, каждый в своей отрасли, должны обладать достаточным набором компетенций, набором знаний мирового уровня. Вся эта команда должна быть подчинена премьеру, а его заместитель, отвечающий за реализацию проекта развития, должен иметь такой набор полномочий, который позволит ему решить любую задачу. О результатах работы доклад должен представляться президенту.

— Значит ли это, что вы предполагаете, кто будет премьером и кто станет его заместителем по развитию?

— Президент может сам сформировать такую команду федералов, а может поручить это новому премьеру, который будет способен поднять такой груз ответственности. Гадать, кто кем станет в АП или займет ключевые позиции в правительстве, — дело бесперспективное, это компетенция первого лица, и высказываться по этому поводу некорректно.

Следующим важным элементом системы является законодательная власть, способная в короткие сроки разработать и утвердить нормативные документы, которые потребуются для функционирования проекта развития экономики.

За реализацию проекта на местах будет отвечать, естественно, субъект Федерации, где роль куратора по-прежнему должна остаться у федеральных органов. Региональная власть должна понять меру своей ответственности, понять, что именно они являются институтом, который обязан сделать все необходимое для привлечения инвесторов и оказать им всестороннюю помощь во время возведения их объектов.

Рассуждая дальше, приземляемся на сибирскую землю и посмотрим на тех, кто будет непосредственно создавать новую экономику. Вот мы и подошли к главному! Это будут точно не госкорпорации и не крупный частный бизнес в силу различных мотивов, в том числе и потому, что это не их размер. Мировая практика указывает на то, что на начальном этапе нужно рассматривать инвестиционные проекты в объеме 20-30 млн долларов США с планированием годовой выручки в объемах 100-130 млн долларов США, со сроками окупаемости проектов 6-7 лет и средней численностью персонала до 100 человек, не считая состава команды, работающей за рубежом. По всем параметрам это средние предприятия с выходом продукции на экспорт в объемах 60-80% от общего производства. Рядом с этими предприятиями начнут развиваться сервисные службы из числа малых предприятий, которые внесут очень существенный довесок к проекту.

— Ну хорошо, допустим, что формат определили, и что дальше?

— Задаю себе ряд вопросов и не нахожу на них ответов. Где находятся главные ресурсы проекта — подготовленные команды, которых на территории должно быть несколько десятков, где финансовые ресурсы, которых для Новосибирской области необходимо хотя бы 2500 млн долларов США в год? Именно такой объем ежегодных инвестиций через 25 лет может вывести область на среднеевропейский валовый доход. Хочу сказать, что это обосновано расчетами — через 25, а не через 10 лет, и это в том случае, если все удачно сложится.

— И…?

— Если стартовать завтра, то готовых технологических команд, в достаточном их количестве на территории нет, времени для их создания тоже.

Справка. Занимаясь развитием группы около 10 лет, только через семь лет интенсивного погружения в международное сотрудничество, команда, средний возраст которой сейчас составляет 35 лет, стала вести равный диалог с любыми мировыми производителями, стала свободно общаться с финансовыми институтами на любой территории мира. Весь опыт был получен на базе реальной практики, и только два года назад мы решились на строительство собственного завода в Казахстане, который полностью соответствует лучшим мировым практикам. У нас нет свободных финансовых ресурсов, соответствующих необходимым параметрам.

— Скорее всего, буду вынужден согласиться. И что, тупик?

— Выход может быть таким. Развивая собственные знания, сделать максимальный упор на партнерство со средним бизнесом из-за рубежа, который обладает всем набором компетенций и способен под свои гарантии привлечь финансирование проектов.

— Приплыли. Мысль хорошая, но кто придет к нам на территорию, если здесь не созданы приемлемые условия? Проблем много, но бизнес не хочет об этом говорить публично и не верит, что что-то можно изменить. Почему?

— Проекция поведения политиков на мировой арене отражается и на Новосибирске, но странно другое. Россия пытается говорить с «этими», аргументируя свои позиции, призывает свои обвинения в адрес России обосновывать фактами, а не домыслами. «Наши» этого не слышат, старшие товарищи для них не пример. Налоговая инспекция области, пользуясь своими властными полномочиями ведет себя, как знаменитая Тереза Мэй. На основании исключительно домыслов, удовлетворяя свои личные амбиции, эта структура выносит свои решения и далее, если «клиент» сопротивляется, подтягивает к нему силовиков, где они уже вместе пытаются запугать предпринимателя, обещая ему грусть и печаль. В послании президент ставит задачу увеличить строительство жилья в разы, а было бы неплохо взять справку по области и посмотреть, сколько предприятий строительной отрасли было закрыто под прессом налоговой инспекции в Новосибирске за последние два года. Не хочу давать огульную оценку, но есть много эпизодов, когда «решалы» из числа бывших, работающие в связке с действующими, намеренно создают проблемы, чтобы потом за вознаграждение стать спасителями судеб. Чем кончится дело Терезы — понятно, чем кончаются дела зарвавшихся генералов тоже понятно — соответствующими решениями президента. Почему дела нужно доводить до того, чтобы президент подписал очередной указ об увольнении, — непонятно.

В исполнительных органах власти проекты могут рассматриваться месяцами и в конечном счете могут быть отвергнуты по надуманным основаниям. Опять же пример из личной жизни. Московская команда, занимающаяся цифровыми технологиями, приехала и предложила к реализации проект, где от органов власти не нужно было ни одного цента, только участие в построении общей логики его реализации. Губернатору понравилась идея, и он отправил людей к своему подчиненному — «большому боссу», чтобы эту работу упаковать в местные регламенты. По-барски развалившись в кресле, «большой босс» сказал: «Ваш мотив мне понятен. Хотите денег заработать! Ну а мой-то интерес в чем?»

Я согласен с тем, что наш бизнес, при таком отношении к нему верить власти не будет. Зарубежный предприниматель, даже если мы создадим привлекательные экономические условия, не придет на территорию, которая пропитана неадекватностью и рисками!

— Вы обещали, что расскажете о механизме, который может изменить ситуацию.

— Сколько нужно времени для того, чтобы существующая чиновничья система изменила свой взгляд на мир? Если поставить себе цель эволюционно изменить существующее положение вещей, то этот процесс будет долгим и нерентабельным. В связи с этим считаю, что существуют механизмы, которые президент уже применял и которые дали свой положительный результат, — создание надстройки поверх существующей системы.

— Что Вы имеете в виду? Институт Полномочных представителей?

— Да, именно так, но аппарат президента выполняет контрольные функции, а здесь необходимо исполнить конкретное поручение президента, поэтому нужна подобная организационная структура, но в исполнительной власти. О федеральном уровне я говорил чуть раньше. Нужна единица на территории, которая имеет прямое подчинение заместителю премьера, ответственного за реализацию проекта развития, и которую аппарат президента может поддержать, взяв под контроль работу всех федеральных структур на территории, в том числе непосредственно руководство субъектов Федерации. И вот такой механизм может дать ощутимый результат в самое короткое время. Можно назвать эту структуру «ГубЧК» или что-то в этом духе, и для того есть основания. Президент в своем послании подчеркнул, что скорость технологических изменений стала настолько велика, что если мы не пересмотрим подходов к реализации поставленных задач, мы не сможем ответить вызовам времени.

В связи с важностью задачи любое действие или бездействие в данном вопросе, несущее отрицательный результат, нужно рассматривать как недееспособность уполномоченных лиц или преступное деяние в зависимости от ситуации, с соответствующими выводами. В связи с такой постановкой чиновники либо перестроятся и будут активными участниками процесса, либо как минимум будут выдворены из системы как неспособные решать поставленные президентом задачи.

— Поворот жесткий. Кто будет давать оценку работе чиновников?

— Да тот самый «ГубЧК», с которого никто ответственность за реализацию программы не снимал, как не снимал ее с будущего вице-премьера. Кроме экономического эффекта, здесь можно получить еще один важный момент. Представители этой структуры, честно служащие своей стране и своему народу, могут стать моральным примером для населения, что укрепит веру людей в свою страну, способную решать сложные задачи.

Модели на самом деле могут быть разными — главное, чтобы они, как и люди, участвующие в реализации проекта, работали и достигали конкретных результатов в конкретно сформулированных задачах.




Партнеры